Подо мной была бездна. Уж не знаю, почему она называлась центральной. Наверное, где-то есть еще боковые бездны. Не знаю. Во всяком случае, эта была довольно внушительной. Сумрак клубился в ней, спрессовываясь в черный камень, нагромождение черных камней. Они были разбросаны за пределами Обода, стягивающего царство Хаоса.
(с)Роджер Желязны
среда, 30 июня 2010
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
"Не зря ли знаньем бесполезным
Свой дух дремотный мы тревожим?
В тех, кто заглядывает в бездну,
Она заглядывает тоже…" (с)
...написал какой-то умный человек.
Свой дух дремотный мы тревожим?
В тех, кто заглядывает в бездну,
Она заглядывает тоже…" (с)
...написал какой-то умный человек.
вторник, 12 января 2010
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
Все они вокруг такие слащавые и приторно милые, рисуют себя с заячьими ушками и кошачьими носиками, окружают себя сахарными зверятками - себе подобными, каждый своими, но суть так похожими. Их любят, за то, что они такие хорошенькие, вызывают умиление, някают через каждое слово, и глаза у них размером с ладонь. Тебе нечего им противопоставить, разве что пририсовать себе птичью голову или крылья вместо рук, но зачем ещё больше отпугивать от себя? И так довольно.
Что делать тебе, если ты - Птица? Правнучка египетского Тота, смешная и несчастная, свободная, но такая одинокая - не быть тебе в компании сахарных зверюшек, только издалека наблюдать.
А и нужно всего-то принять судьбу свою перелётную да крылья расправить - а ветер уж сам найдёт. Жаль только, через что приходится пройти, чтобы это понять.

Что делать тебе, если ты - Птица? Правнучка египетского Тота, смешная и несчастная, свободная, но такая одинокая - не быть тебе в компании сахарных зверюшек, только издалека наблюдать.
А и нужно всего-то принять судьбу свою перелётную да крылья расправить - а ветер уж сам найдёт. Жаль только, через что приходится пройти, чтобы это понять.

"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
Много новых лиц. Странно - при моём практически полном тут отсутствии. Приветствую всех.


воскресенье, 26 июля 2009
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
Высоко в небе - перистые облака, лёгкие и пушистые, похожие на летящих ангелов. В некоторых местах облака разрываются на ровные полоски, и тогда кажется, что у ангелов торчат рёбра.
понедельник, 20 июля 2009
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
Шум этого автобуса удивительным образом похож на тиканье часов. Когда едешь на нём, то кажется, будто большая секундная стрелка отмеряет время: чем сильнее разгоняется автобус, тем быстрее тиканье, тем быстрее несётся сжатое время, а заодно и пейзаж за окном. И тем быстрее ты прибываешь в заданную точку.
Вот она, та самая машина времени, о которой так мечтали люди, снуёт по городу, такая привычная, такая приевшаяся, а оттого - незаметная. Люди садятся в неё, проезжают пару остановок и бегут дальше искать и изобретать её, даже не замечая, что она у них под носом.
А однажды она износится совсем, развалится от усталости металла и отправится на свалку. И ни один даже не догадается, что страница уже перевёрнута и первая и последняя Машина Времени утрачена навсегда.
Вот она, та самая машина времени, о которой так мечтали люди, снуёт по городу, такая привычная, такая приевшаяся, а оттого - незаметная. Люди садятся в неё, проезжают пару остановок и бегут дальше искать и изобретать её, даже не замечая, что она у них под носом.
А однажды она износится совсем, развалится от усталости металла и отправится на свалку. И ни один даже не догадается, что страница уже перевёрнута и первая и последняя Машина Времени утрачена навсегда.
четверг, 30 апреля 2009
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
Мне кажется, или мои синие цветы на бэкграунде действительно выцвели в белёсый?
суббота, 20 декабря 2008
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
Она всегда рядом, всегда на один шаг позади. У неё никогда не было собственного тела, но живёт же, вот уже много лет, за счёт других. Не злая, не добрая. Другая просто.
У неё великолепное чутьё, ни у кого такого больше нет. (А может и есть, но тогда о них лучше не говорить, а то услышат свои имена и придут ещё...) Она заранее знает, что кому-то недолго осталось, и ходит за ним по пятам. А потом - то ли удар головой, то ли сердце прихватило, то ли нож в спину получил, мало ли, кому что уготовано, и без сознания он уже. А очнётся - себя не помнит.
Очнуться то очнётся. Обязательно. Только, будет ли он тем же самым человеком, что и до этого? На самом-то деле нет его уже, душа ушла дальше, куда ей положено идти. "Умер", как здесь говорят. А в его теле теперь живёт она, другая. Не помня ни себя, ни его, ничего, медленно проникает в его память, вспоминает своё новое имя, привычки, кличку любимой теперь собаки, аккуратно соскребает с донышков глаз всё увиденное, учится заново дышать, чтоб без кашля и хрипов.
И её принимают, потому что никто не знает, что произошло на самом деле: был человек - и вернулся ведь. А на самом деле живёт теперь вместо него она, она вспомнила всё: и себя, и его, и теперь умело играет свою роль. Она прекрасная актриса. Может быть, если бы у неё был собственный облик,, у неё были бы тёмно-каштановые локоны, тёмные глаза, подведённые дорогой тушью и чуть низковатый глубокий голос. А может она могла бы быть ребёнком, с длиннющими ресницами и всегда чуть приоткрытым ротиком-вишенкой, наивная, играющая в беззлобные вполне себе игры со своими новыми живыми игрушками. А может даже, как все дети, считала бы их друзьями. Она прекрасный манипулятор. А может быть она на самом деле была бы пожилой женщиной, с бездонной сумочкой, мягкими руками и пронзительным взглядом. Кто ж её знает.
Только...
Грустно ей от этого или весело?
У неё великолепное чутьё, ни у кого такого больше нет. (А может и есть, но тогда о них лучше не говорить, а то услышат свои имена и придут ещё...) Она заранее знает, что кому-то недолго осталось, и ходит за ним по пятам. А потом - то ли удар головой, то ли сердце прихватило, то ли нож в спину получил, мало ли, кому что уготовано, и без сознания он уже. А очнётся - себя не помнит.
Очнуться то очнётся. Обязательно. Только, будет ли он тем же самым человеком, что и до этого? На самом-то деле нет его уже, душа ушла дальше, куда ей положено идти. "Умер", как здесь говорят. А в его теле теперь живёт она, другая. Не помня ни себя, ни его, ничего, медленно проникает в его память, вспоминает своё новое имя, привычки, кличку любимой теперь собаки, аккуратно соскребает с донышков глаз всё увиденное, учится заново дышать, чтоб без кашля и хрипов.
И её принимают, потому что никто не знает, что произошло на самом деле: был человек - и вернулся ведь. А на самом деле живёт теперь вместо него она, она вспомнила всё: и себя, и его, и теперь умело играет свою роль. Она прекрасная актриса. Может быть, если бы у неё был собственный облик,, у неё были бы тёмно-каштановые локоны, тёмные глаза, подведённые дорогой тушью и чуть низковатый глубокий голос. А может она могла бы быть ребёнком, с длиннющими ресницами и всегда чуть приоткрытым ротиком-вишенкой, наивная, играющая в беззлобные вполне себе игры со своими новыми живыми игрушками. А может даже, как все дети, считала бы их друзьями. Она прекрасный манипулятор. А может быть она на самом деле была бы пожилой женщиной, с бездонной сумочкой, мягкими руками и пронзительным взглядом. Кто ж её знает.
Только...
Грустно ей от этого или весело?
вторник, 04 ноября 2008
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
Очередное число. Моё.
Теперь - ещё и в глупый государственный праздник.
Теперь - ещё и в глупый государственный праздник.

воскресенье, 05 октября 2008
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
Каждый живёт с какой-то болью внутри. Мир невероятно относителен, поэтому те, кто беден, плачут, что им нечего есть, а те, кто богат, терзаются, скажем, проблемой жизни после смерти, а кто-то ещё, совершенно обычный человек, мучается от неразделённой любви, и каждый из них считает, что он самый несчастный, что его горе - самое глубокое и болезненное. Они не могут понять друг друга, потому что у них разные ценности в жизни и разные амплитуды колебаний радости-горя. У шизофреников эта амплитуда возрастает до предела и выходит за него, оттого общество считает их больными.
Раздираемые собственными печалями, люди, как правило, не видят и не могут правильно оценить печали других. Это не преступно и не наказуемо.
В конце концов, у каждого поражён свой участок сердца.
Раздираемые собственными печалями, люди, как правило, не видят и не могут правильно оценить печали других. Это не преступно и не наказуемо.
В конце концов, у каждого поражён свой участок сердца.
среда, 30 июля 2008
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
Нет никаких сомнений в том, что все присутствующие играют в Большую Игру. Цель каждого игрока - понять правила, по которым ведётся Игра, потому с этим знанием разрешается придумывать правила собственные. Конечно же, в разумных пределах, насколько позволено. А те, кто правил не сможет узнать вообще, ждут сплошные падения и провалы. До тех пор, пока не кончатся жизни или лимитное время.
Жестокая игрушка. Зато интересная до умопомрачения. Да ещё и в режиме реального времени.
Жестокая игрушка. Зато интересная до умопомрачения. Да ещё и в режиме реального времени.
понедельник, 28 июля 2008
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
Непривычно видеть у себя столько народу сразу. Располагайтесь, Ame [Toru] Kiyoshi, Dgullietka и Rabby-chan , мой тёмный уголок хоть и маленький, зато не имеет дна.


среда, 11 июня 2008
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
воскресенье, 08 июня 2008
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
четверг, 05 июня 2008
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
Каждый Мир похож на ленту Мёбиуса. По природе своей он бесконечен, и можно побывать на его Обратной стороне не покидая самого Мира, но в то же время Мир и его Обратная сторона суть есть одно и то же. И если идти вперёд и вперёд, то рано или поздно придёшь к тому же самому месту, с которого начал, просто изменишься сам и будешь смотреть на вещи совсем по-другому. Потому может показаться, что здесь ты никогда и не был. И всё начать сначала. Или перебраться в другой Мир, потому что у каждой ленты, даже если она Мёбиуса, есть край.


воскресенье, 11 мая 2008
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
За всё отпущенное ей время она успевает прожить две жизни.
Каждый год, весной, когда распускается листва и тёплый ветер приходит с юга, она поднимает голову и улыбается светло и радостно. Её глаза отражают небо и становятся немножко голубыми. Она смеётся и радуется каждому дню, открывается всему миру без остатка и мечтает уйти далеко-далеко, в Большое Путешествие, чтобы увидеть как можно больше удивительного. И каждый день её похож на маленькое чудо, она счастлива и беззаботна, но не потому что у неё нет забот вовсе, а потому, что она во всём может видеть что-то хорошее.
Каждый год, осенью, когда начинаются частые дожди, а под ноги ложится разноцветный лоскутный ковёр, она укутывется в уютное пончо с кисточками и улыбается задумчиво и совсем чуть-чуть печально. Её глаза наполняются бархатной темнотой долгих ночей и становятся глубокими, как сама Бездна. Она становится молчаливой и выходит из дома нечасто и ненадолго, ей нравится жечь красивые свечки, печь печенье и пить ароматный чай из глиняной кружки. А ещё она любит сидеть у окна и смотреть на снег или на дождь, или просто на опускающийся синий вечер, который бывает таким синим только зимой и осенью, и вспоминает много-много сказок, только не знает как и кому их рассказать.
Каждый год, один раз весной и один раз осенью, она теряет память и удивлённо замечает, что кажется её ненадолго сморил сон. Совсем ненадолго, может, на пару часов...
Каждый год, весной, когда распускается листва и тёплый ветер приходит с юга, она поднимает голову и улыбается светло и радостно. Её глаза отражают небо и становятся немножко голубыми. Она смеётся и радуется каждому дню, открывается всему миру без остатка и мечтает уйти далеко-далеко, в Большое Путешествие, чтобы увидеть как можно больше удивительного. И каждый день её похож на маленькое чудо, она счастлива и беззаботна, но не потому что у неё нет забот вовсе, а потому, что она во всём может видеть что-то хорошее.
Каждый год, осенью, когда начинаются частые дожди, а под ноги ложится разноцветный лоскутный ковёр, она укутывется в уютное пончо с кисточками и улыбается задумчиво и совсем чуть-чуть печально. Её глаза наполняются бархатной темнотой долгих ночей и становятся глубокими, как сама Бездна. Она становится молчаливой и выходит из дома нечасто и ненадолго, ей нравится жечь красивые свечки, печь печенье и пить ароматный чай из глиняной кружки. А ещё она любит сидеть у окна и смотреть на снег или на дождь, или просто на опускающийся синий вечер, который бывает таким синим только зимой и осенью, и вспоминает много-много сказок, только не знает как и кому их рассказать.
Каждый год, один раз весной и один раз осенью, она теряет память и удивлённо замечает, что кажется её ненадолго сморил сон. Совсем ненадолго, может, на пару часов...
пятница, 04 апреля 2008
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
Иногда ко мне в окно заглядывает луна. Пепельная луна с обугленными краями. У нее всегда печальное женское лицо, и она прячется время от времени за полупрозрачными низкими тучами, как за вуалью. У этой луны всегда грустные сказки.
Есть где-то очень далеко огромное Тёмное море, которое иногда еще называют Морем Звёзд. Днем его воды темные, почти черные, и в них сияют серебряными комочками звёзды. В подводном царстве стоит глубокая ночь, и если сидеть на самом краю уступа, то может показаться, будто сидишь на краю мира, свесив ноги в небо. А на закате солнце опускается в море, и там начинается день, а верхнее небо темнеет.
У солнца и луны пути различны. Бывает, что они оба светят днём, а иногда луна остаётся в одиночестве освещать ночное небо, поэтому они и в разное время опускаются за линию горизонта, светить в морском царстве. Но солнце слишком горячее, поэтому, за время его пребывания в море, вода успевает так разогреться, что становится невыносимо обжигающей. И если луна опускается сразу вслед за солнцем, то обугливается по краям.
Так и плывёт по ночному небу с пепельным ликом, и рассказывает что-то печальное нараспев. Ветер в такие ночи всегда холодный, словно хочет облегчить страдания луны.

Есть где-то очень далеко огромное Тёмное море, которое иногда еще называют Морем Звёзд. Днем его воды темные, почти черные, и в них сияют серебряными комочками звёзды. В подводном царстве стоит глубокая ночь, и если сидеть на самом краю уступа, то может показаться, будто сидишь на краю мира, свесив ноги в небо. А на закате солнце опускается в море, и там начинается день, а верхнее небо темнеет.
У солнца и луны пути различны. Бывает, что они оба светят днём, а иногда луна остаётся в одиночестве освещать ночное небо, поэтому они и в разное время опускаются за линию горизонта, светить в морском царстве. Но солнце слишком горячее, поэтому, за время его пребывания в море, вода успевает так разогреться, что становится невыносимо обжигающей. И если луна опускается сразу вслед за солнцем, то обугливается по краям.
Так и плывёт по ночному небу с пепельным ликом, и рассказывает что-то печальное нараспев. Ветер в такие ночи всегда холодный, словно хочет облегчить страдания луны.

суббота, 01 марта 2008
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
Мозг - это голограмма отображающая голографическую вселенную, маленькая часть, содержащая в себе всё целое. И, несомненно, обладающая способностями этого целого.
Поэтому фенечка из бисера на запястье, съеденный цветок сирени с пятью лепестками или выхваченная взглядом из неба падающая звезда - это лишь предлог. Чтобы легче воспринимать. А на самом деле - всё в нас самих.
Это всё у нас в голове.(с)
И если бы каждый человек мыслил правильнее и внимательнее, так словно его мысли огромными огенными буквами проецируются на небосводе, то мир был бы совсем другим. Жаль, что люди не хотят это понимать.
Сижу и наслаждаюсь результатами материализации собственных мыслей.
Поэтому фенечка из бисера на запястье, съеденный цветок сирени с пятью лепестками или выхваченная взглядом из неба падающая звезда - это лишь предлог. Чтобы легче воспринимать. А на самом деле - всё в нас самих.
Это всё у нас в голове.(с)
И если бы каждый человек мыслил правильнее и внимательнее, так словно его мысли огромными огенными буквами проецируются на небосводе, то мир был бы совсем другим. Жаль, что люди не хотят это понимать.
Сижу и наслаждаюсь результатами материализации собственных мыслей.
воскресенье, 30 декабря 2007
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
Люди - удивительные существа, докозательство величайшего таланта Всевышнего. И совсем не потому, что они не идеальны, как раз наоборот: их несовершенство и алогичность рождают своего рода гармонию. Поэтому они живут и даже обладают способностью творить, что опять же предусмотрено Создателем и подтверждает его непостижимый талант.
Но людям свойственно умирать; на первый взгляд просто и банально, с ритуалом погребения. Но неужели Он стал бы зарывать свой талант в землю?....

Но людям свойственно умирать; на первый взгляд просто и банально, с ритуалом погребения. Но неужели Он стал бы зарывать свой талант в землю?....

вторник, 20 ноября 2007
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
Спресованный до состояния камня, твёрдый и монолитный, вместилище глубинного холода.
Отполированный до гладкости зеркала, хрупкий и отражающий, разбивающийся на мелкие блестящие осколки с острыми краями.
Чистый, как слеза, но содержащий в себе - как мошек в янтаре - множество чужого и инородного, но наполняющего его смыслом.
Застывший во времени, помнящий жизнь и хранящий в себе много много воспоминаний.
Самый мягкий в мире алмаз.
Лёд.
Отполированный до гладкости зеркала, хрупкий и отражающий, разбивающийся на мелкие блестящие осколки с острыми краями.
Чистый, как слеза, но содержащий в себе - как мошек в янтаре - множество чужого и инородного, но наполняющего его смыслом.
Застывший во времени, помнящий жизнь и хранящий в себе много много воспоминаний.
Самый мягкий в мире алмаз.
Лёд.
понедельник, 24 сентября 2007
"Nothing better, nothing worse... Nothing but the universe, till deny..." (c)
Забытый рай столетней давности...
Не осталось ни былого величия, ни домашнего уюта, ни светлой умиротворённости. Всё разрушено до основания, фундамент разворочен до последнего кирпича. Удивительные звери и птицы давно покинули это место. Теперь есть только покосившиеся, одичавшие плодовые деревья, с древесиной, пропитанной солёным ветром.
Каждый шаг Их был кровью. Кровью ни за что.
Потому что те, что были раньше, оказывается, плохие, потому что создавали.
А те что теперь - хорошие, потому что разрушили. И медленно смотрели на мучительную смерть прекрасного рая, восхищаясь его былым величием.
Не осталось ни былого величия, ни домашнего уюта, ни светлой умиротворённости. Всё разрушено до основания, фундамент разворочен до последнего кирпича. Удивительные звери и птицы давно покинули это место. Теперь есть только покосившиеся, одичавшие плодовые деревья, с древесиной, пропитанной солёным ветром.
Каждый шаг Их был кровью. Кровью ни за что.
Потому что те, что были раньше, оказывается, плохие, потому что создавали.
А те что теперь - хорошие, потому что разрушили. И медленно смотрели на мучительную смерть прекрасного рая, восхищаясь его былым величием.